Имя нам Легион. Том 36

О книге

Дальше всё закрутилось настолько стремительно, что привычный мир едва успевал осмыслить одну сенсацию, как следом появлялась новая. Ещё утром обычный испанец мог спокойно позавтракать, прогуляться и устроиться на сиесту, не ожидая ничего необычного. А затем король Альба выступил перед нацией и объявил о вступлении страны в Альянс, где уже состояли Китай, Корея и Япония.

Родриго словно специально дождался подходящего часа. Жара за окном превысила сорок пять градусов, и даже самые возмущённые граждане не горели желанием выходить на улицы ради митингов и протестов. Поэтому первые столкновения противников нового курса развернулись преимущественно в интернете.

Страна моментально разделилась. Одни доказывали, что союз с новыми партнёрами открывает перед Испанией большие возможности, другие видели в нём угрозу и опасный отказ от привычного курса. Виртуальные споры быстро перестали быть безобидными: давние друзья ссорились, семьи раскалывались, а в адрес оппонентов летели всё более резкие обещания встретиться с ними лично, как только жара немного спадёт.

Но народные страсти оказались лишь одной частью проблемы. Испанская аристократия тоже была встревожена происходящим и совсем не спешила принимать столь резкую перемену во внешней политике.

Причины недовольства уходили корнями в прошлое. Когда-то британцы разгромили испанскую Армаду, а затем одержали победу в затяжном противостоянии за американские колонии. Это позволило Британии на долгие годы укрепить статус мировой державы, пока борьба Соединённых Штатов за независимость не изменила расстановку сил.

Последовавшее разделение мира на сферы влияния закрепило за Британией господство в Европе. Её политика долгое время препятствовала европейскому объединению, а важнейшим инструментом влияния становились зависимые элиты, среди которых особенно заметную роль играли аристократы.

Теперь старые правила перестали работать. Испанские дворяне начали стремительно терять привычные источники дохода и влияния, а некоторым из них пришлось столкнуться с требованиями расплатиться за прежние услуги и привилегии. Для знати решение короля стало настоящим потрясением: вместе с новым политическим курсом под угрозой оказался весь привычный порядок.